Неверию легче ответить на этот мучительный вопрос, ибо оно не претендует на веру в доброго, любящего, всеблагого Бога и потому не обращается к Нему с вопросом о том, как же Он допускает нескончаемые мучения сотворенного Им по Своему образу и подобию человека. Неверие говорит: «Надо бороться со злом! Попробуем эти мучения ослабить». Но дальше этого неверие не идет, ибо зло в мире так же естественно для него, как плохая погода, наводнения, эпидемии. Защита от дождя — зонтик, от наводнения — заградительные сооружения, от эпидемий — профилактика и медикаменты. Тут нет вопроса о происхождении зла и ответственности за него, а только о той или иной форме борьбы с ним.

И потому неверие в этом споре имеет преимущество над верой. Более того: вера очень часто кажется неверию малодушным бегством от зла и настоящей борьбы с ним, как своего рода нравственный эгоизм с одной стороны и фатализм — с другой. Вот гибнут в катастрофе десятки людей, вот на экране телевизора показывают нам детей, умирающих в Африке от голода, и многие верующие спасаются благочестивыми отговорками: «Что ж, видно, так угодно Богу», «На все воля Божия».

Сам Христос восстает против такой «анестезии» и фатализма. Он ни разу не ссылается на «волю Божию» при виде смерти, страданий и зла, а воскрешает сына вдовы, умножает хлеб для голодных, исцеляет больных. Это не религия примирения со злом и страданием, это не фатализм, не утешение пустыми словами. Все Евангелия говорят о противостоянии злу лицом к лицу. Но они же учат нас подходить к злу не с доводами разума и достижениями науки о каком-то недостатке в человеческом обществе, а с тем, что зло духовно, и это известно человеку из его непосредственного каждодневного опыта. И как бы человек ни перестраивал общество, экономику, аппарат власти и т. п., этот неподвластный времени опыт личного страдания все равно остается.

Поэтому библейский рассказ о происхождении зла, о его первом обнаружении связан не с недостатками мироустройства, а с раем. Ибо, согласно Книге Бытия, именно в раю, то есть в полноте радости и блаженства, Адам захотел... Чего же захотел первый человек? Упрощая, можно сказать, что захотел он жизни для себя и только с собою; власти, ничем не ограниченной; смысла, им же самим и придуманного. Библия говорит об этом так: «Адам стал как Бог, зная добро и зло» (Быт 3:22).

Современного человека научили видеть источник всего нехорошего не в себе самом, а вовне — в чем-то безличном, по отношению к чему сам он всегда только жертва. Если плоха жизнь и вокруг нас столько зла и страданий, то это потому, что общество несправедливо распределяет материальные блага — пищу, одежду, квартиры. Если страдает человек, то это потому, что наука не все еще объяснила и разрешила. Если не чувствует себя счастливым, то потому только, что недостаточно уяснил законы, управляющие миром и жизнью, и надо всего-навсего вдолбить ему эти законы, перевоспитать так, чтобы сознание его стало «научным», всецело подчиненным теории, которая раз и навсегда объяснила, в чем зло и как его уничтожить.

И когда мы отбрасываем все эти теории и рассуждения, а вспоминаем призыв Христа: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мтф 4:17), то приходит то, что побеждает зло, и одно оно только и способно новым светом осветить жизнь и дать сил не только заново ее осмыслить, но и жить по-новому.

Поэтому я не устану повторять, что Крест и распятый Христос — это разрушение зла, первая и решающая победа. Невинное страдание навсегда оказывается сильнее всех палачей мира. Молчание навсегда становится громче всех воплей. И главное, самое главное — любовь навсегда торжествует над ненавистью. Это ли не победа, это ли не торжество? Посмотрите: только умер Христос, только, казалось бы, восторжествовало зло, как из самой глубины этой страшной ночи выходит римский сотник — палач и послушный раб зла — и говорит: «Воистину Он был Сын Божий» (Мтф 27:54).

И здесь мой ответ обвинительному акту против христианства. Не к терпению зла, не к примирению и компромиссу с ним призывает Крест. Напротив, он-то и есть то начало обличения и разрушения зла, о котором говорит все Евангелие, все христианство. И вот в этом мире, полном страдания, злобы и ненависти, неистребимо живет распятый и воскресший Христос. И наша вера знает, что Он участвует в каждом страдании. Зло видимо торжествует. Но тем, кто спрашивает меня: «Как же молчит, как допускает все это ваш Бог?», я могу указать на Крест, на распятого на нем Бога и на слова Евангелия о том, как в ночь перед Своей смертью Христос начал скорбеть и тосковать (см. Мтф 26:37).

Нет, не остался Бог безучастным к нашему страданию, но вошел в него и принял его. И потому по-прежнему сегодня человек находит Бога, встречает Христа и верит в Него. И, найдя, не спрашивает, где же Бог, ибо знает: Бог рядом, во мне, дающий мне силу нести крест и служить Ему, а страдание и даже зло претворять в победу добра. Не странно ли, что благополучные и всем обладающие слишком часто не чувствуют Бога? Но достаточно человеку прикоснуться к страданию, освободиться от призрачного земного счастья, как начинается его встреча с Богом, ибо Христос, взяв на Себя все человеческое страдание, претворил его в путь к Богу, в полную победу над злом.