Руководителя Русского Христианского Радио в России Сергея Якименкова забрал Бог

 

10 января 2012 года отошел к Господу пресвитер московской церкви евангельских христиан «Ковчег», председатель миссии «Русское Христианское Радио» в России Сергей Яковлевич Якименков, – сообщает www.SlavicVoice.org со ссылкой на Русское христианское Радио.

Сергей Якименков родился родился 17 января 1951 года в семье верующих родителей. Его отец Яков Афанасьевич и мать Нина Петровна были ревностными христианами. Многие братья и сестры хорошо знают семью Якименковых. Двери их дома всегда широко открыты для христианского служения: собраний, совещаний, молодежных общений. Многие братья и сестры находили в этом доме и кров, и заботу.

Сергей Яковлевич обратился к Господу в возрасте 20 лет, а год спустя принял крещение.

В 1988 году он был рукоположен на служение пресвитера поместной церкви. В том же году Сергей Якименков познакомился с Ярлом Николаевичем Пейсти во время его первой евангелизационной поездки по СССР, а с 1992 года стал сотрудником миссии «Русское Христианское Радио» (РХР). Сначала он был помощником Джона Пейсти, а после смерти жены Ярла Николаевича Пейсти − Пиркко и отъезда Джона Пейсти в Америку принял ответственность за служение РХР в России.

До последних дней он трудился в качестве руководителя – председателя Совета миссии. Координировал многие проекты и разные направления деятельности миссии в России: радиослужение, издательская деятельность, служение для бывших осужденных и химически зависимых людей – «Дома Пиркко» и издание журнала «Евангелие за колючей проволокой», а также в деле распространения христианской литературы. Помимо служения в миссии долгое время возглавлял московскую церковь евангельских христиан «Ковчег».

В последнем бюллетене “Репортер”, который выпускает РХР, в конце прошлого года Сергей Якименков написал о своем служении следующее: “Оглядываясь на пройденный путь, я могу сказать, что Господь никогда не давал нам возможности надеяться на свои силы, но всегда давал достаточно силы, чтобы нести служение. Мы не имели запаса людских ресурсов и финансовых средств, но по мере возрастания служения, всегда Господь посылал и людей, и деньги. Я могу только просить у Господа сил для себя и всех сотрудников миссии остаться верными Ему в служении и могу верить, что Господь не оставит это служение Своим благословением, как Он не оставлял нас за прошедшие годы. Молитесь и вы, дорогие друзья, о служении миссии Русское Христианское Радио, чтобы Господь и в дальнейшем помогал нам исполнять Его волю во всем”.

Прощальное служение будет проходить в церкви “Ковчег” в субботу, 14 января, в 11 часов утра. Адрес церкви: Москва, Ул. Островитянова, д.32 А (метро “Коньково”)

В декабре 2012 года баптисту Николаю Васильевичу Сякову из Сакраменто исполнится век

 

Сто лет исполнится в 2012 году жителю калифорнийского Сакраменто Николаю Васильевичу Сякову, – сообщает www.SlavicVoice.org со ссылкой на газету “Диаспора”.

Этот подвижный, стройный, энергичный человек сразу привлекает внимание. Когда же вглядишься в его ясные, голубые и вдумчивые глаза, то понимаешь, что это необычный человек. Язык не поворачивается назвать его стариком, настолько он молод душой, ясностью изложения мысли, отменной памятью и зрением (читает, пишет и вышивает без очков). Я провела с ним лишь пару часов, но сразу же попала под его очарование, более того, по-хорошему позавидовала его бодрости и умению быстро и плавно передвигаться по комнате, легко наклоняться, поднимая с пола упавшую фотографию, дару увлекательно рассказывать о вещах почти столетней (!) давности. А его крупные уверенные руки – руки настоящего дирижера… А его речь – правильная и образная… Но довольно томить читателя.

Знакомьтесь, наш сегодняшний герой – Николай Васильевич Сяков, которому на Рождество исполнилось 99 лет. Он родился 25 декабря 1912 году в крестьянской семье, в селе Озерки Арзамасского уезда Нижегородской губернии. Отец его, Василий Васильевич, был непоседой, часто менял место жительства, иногда покидая семью в поисках лучших заработков, иногда переезжая вместе с женой, Марией Степановной, и всеми восемью детьми. Так, уже в 1915 году семья переехала в город Владивосток. В этом городе Приморского края в то время была большая община баптистов, в которой родители уверовали в Господа Иисуса Христа, стали членами церкви, приняли водное крещение зимой в бухте Золотой Рог.

– Хоть я был мал, но помню, что пресвитером был Фетлер Роберт Андреевич, а регентом хора был Пуке Август Матвеевич, известный композитор того времени, один из авторов сборника хоровых гимнов «Песни славы», – вспоминает Николай Васильевич Сяков. – Одним из проповедников был брат Блуштейн Владимир Михайлович, общительный и энергичный. Я его хорошо запомнил потому, что в 1925 году на Рождественской елке он раздавал всем детям, участникам воскресной школы, кульки с подарками, тетрадки и цветные карандаши и ласково пожимал детям руку, словно взрослым. В зловещем 1938 году В.М. Блуштейн был расстрелян. Самое неожиданное, что, когда меня принимали в члены церкви в Сакраменто, и я упомянул имя В.М. Блуштейна, то это услыхал его внук, Олег Блуштейн. Как же радостно он расспрашивал о своем деде!

Во Владивостоке Николай Сяков окончил 9 классов, поступил в индустриальный техникум на специальность электромеханика. Покаялся в 13 лет и стал регулярно посещать собрания, которые проводились в одном из домов. Тогда еще была относительная свобода вероисповедания, собирались открыто.

– Помню голод 1922 года, когда мы большой семьей жили в бараках. Как-то на рейде впервые увидел американское судно с гуманитарной помощью голодающей России. Раздавали невиданные доселе заграничные продукты, консервы, лекарства. А еще был забавный случай со мной. Готовились к Рождеству, я выучил хороший христианский стих, вышел к елке и совершенно забыл текст от смущения. Что делать – не знаю, собрался с силами и бойко отбарабанил слова песни «В лесу родилась елочка», не забыв в конце прибавить «Аминь». Вот было смеху на весь зал!

В 1924 году переехали из Владивостока за 100 км в небольшой городок Кангауз, недалеко от сопок Сихотэ-Алиня, природу которой не один год с экспедицией исследовал известный ученый и писатель Арсеньев Владимир Клавдиевич.

– Я его хорошо знал, слушал его увлекательные лекции по географии в нашей школе, с большим интересом читал написанные им книги «Дерсу Узала» и «В дебрях Уссурийского края», не раз бывал в его музее.

Снова переезд в шахтный поселок Держаково. Отец Николая, работая из дома в дом как печник и маляр, проповедовал Слово Божье всем жильцам, на кого работал. Через год, следуя непоседливой натуре отца, снова вернулись во Владивосток.

– В это время я увлекся музыкой, пошел в оркестр, выучился играть на трубе, – говорит Николай Васильевич. – Нас, детей, было всего трое среди взрослых оркестрантов. Запомнилось, как на Троицу всей общиной проводили служение на Русском острове. Этот живописный остров находился в 25-30 милях от города. Нанимали судно на весь день для членов церкви, их детей, служителей. Молились, общались, пели псалмы. Незабываемое время…

Отец Коли перевелся работать на Китайско-Восточную Железную Дорогу (КВЖД), постоянно был в разъездах от Владивостока до Харбина. Кстати, в Харбине была община верующих, куда в командировки часто отец брал с собой сына. Город был большой русский, но многонациональный, с отдельными колониями: немецкой, английской, китайской. Улицы мощены гладким камнем, много предприятий и магазинов, снуют трамваи и рикши (легкая повозка для людей, в которую впрягается китаец).

– Как-то папа взял нас с братом, гуляем по улицам, пришло время обеда, – продолжает Николай Васильевич. – Зашли в китайскую столовую, смотрим, в меню – «китайские пельмени». Мы знаем свои дальневосточные пельмени, а тут вдруг китайские. Заказываем сотню штук, хозяин смеется: «Много будет, капитана». «Ну, по десятку», – решили. А хозяин снова хохочет: «Много будет, капитана». Заказали по два пельменя. Китаец пожал плечами, а потом тащит заказ – каждый пельмень с пол-ладони будет. Едва осилили по одному и ушли. К слову, когда известный проповедник Ярл Пейсти впервые был в Сакраменто в нашей церкви и упомянул о Харбине, я с ним заговорил. Выяснилось, что у нас есть много общих знакомых, живших в Харбине в то время. С интересом мы вспоминали прошлое и сфотографировались с ним.

В 1928 году началась недолгая война с Китаем. В первые дни тысячи пленных китайских солдат заполонили Харбин. Они смотрелись очень жалко: убогие, с охотничьими ружьями и военными образца 1905 года. Красная Армия быстро их разгромила. По окончанию войны, согласно договору, Китаю отошли КВЖД, города Харбин, Порт Дальний и Порт Артур.

– Папа еще в ранние годы мечтал попасть в Америку, – рассказывает Николай Васильевич. – Как-то раз даже попытался, доехал поездом до станции «Пограничная», лесом ночью перешел границу, в Харбине нашел верующих, которые его отговаривали, мол, присмотрись, поживи, но он не послушался. Пробрался в Шанхай, чтобы сесть на любой проходящий пароход, но везде требовалось знание английского языка. Разочарованный, решил вернуться во Владивосток, но на границе его задержали. Три дня он сидел в милиции, мама приехала, и его отпустили. В то время строгости за переход границы не было, подержат месяц в милиции и отпускают.

В 1930 году семья вновь переехала, теперь в Закавказье, в Батуми, где прожили пять лет. В Батуми была многонациональная церковь, состоящая из аджарцев, армян, грузин, украинцев и русских, причем, очень дружная. Служение велось на русском языке, хотя пресвитер был грузин. Отец проповедовал, и вся большая семья охотно посещала собрания.

Дальше Николай Васильевич охотно рассказывает сам: «Пришло к нам время испытаний. Как-то на имя папы пришел из Америки перевод на 10 долларов неизвестно от кого, через три недели – еще на 15 долларов. Мы, конечно, нуждались и хорошо отоварились в Торгсине. Через месяц получили тяжелую посылку из Америки по почте. Только взяли ящик, как военный в фиолетовых погонах приказал следовать за ним. Привели в здание НКВД, где стали вести допрос с протоколом. Я там присутствовал и хорошо запомнил все оскорбления и крики о связи с буржуазной Америкой. Мне было страшно.

Затем велели уходить. Папа хотел поднять ящик, но начальник крикнул: «Не брать!» Хотя дома нас ожидали с гостинцами, но папа успокоил, хорошо, что не посадили сразу. Зря успокоил. Уже на следующее утро пришел военный и вручил предписание освободить в течение 24 часов режимный город Батуми. С помощью пресвитера уже к вечеру мы со всем скарбом уехали за 50 км в город Кобулети к верующей грузинской семье.

В 1936 году семья в последний раз переехала во Владикавказ, где жила до переселения в США 47 лет. Я окончил индустриальный техникум здесь. После окончания техникума получил направление в небольшой городок Хачмас, что близ Баку, на буровые вышки. Мне дали квартиру как молодому специалисту. Когда же узнали, что я могу играть на трубе, то поручили организовать духовой оркестр.

В те годы я еще не был верующим, так что жизнь закружила меня. С молодежью участвовал в драмкружке, оркестре, жизнь как вечный праздник. Но написано: «Око Его пребывало надо мною». Хоть я не пустился во все тяжкие, но родители очень за меня переживали и усиленно звали домой. Я пытался отпроситься, но начальство не отпускало, грозилось не отдать диплом.

Родители писали письма, призывая вернуться. Я заявил, что уйду без диплома. Наконец собрали «тройку», т.е. парторг, директор, профорг, давай действовать методом «кнута и пряника». Сначала предложили мне, юнцу, высокую должность начальника подстанции, потом стали пугать тем, что я обязан отработать три года. Я был непреклонен, и они отпустили меня с миром и с дипломом.

Вернувшись во Владикавказ, я 12 апреля 1937 года вступил в завет с Господом, приняв водное крещение в горной речке Терек. Горжусь, что я жил в одном городе с Прохановым Иваном Степановичем, известным христианским композитором и поэтом. Я закончил три семестра регентских курсов и стал регентом большого хора и оркестра, занимался этим 16 лет в одной церкви и 34 года в другой. Затем работал на ответственной работе в Комитете мер и весов, где хранились эталоны всех измерений. Начальник Козырь ценил меня и вскоре отправил в Харьков на курсы повышения квалификации. Город мне очень понравился, жили в общежитии на стипендию. В один из выходных дней пошёл в центральный парк, вдруг вижу – толпы людей собрались у репродукторов. Это Молотов объявил о начале Великой Отечественной войны.

В тот же день я с большим трудом уехал домой, где меня ждали три повестки в военкомат. Но меня оставили на работе, т.к. правительство Северной Осетии выдало бронь всем работникам по обслуживанию электростанций. И я всю войну усердно работал. Хоть и не брал в руки оружие, но считаюсь участником войны, награжден орденом Отечественной войны второй степени, орденом «За оборону Кавказа», Сталинской медалью «За доблестный и добросовестный труд в Великой Отечественной войне» и ещё шестью медалями.

В 1943 году я женился на прекрасной девушке Зое Чеботаревой. Сочетали нас на дому, т.к. уже начались гонения на верующих. Как и все, я немало натерпелся от властей. У нас родилось пять детей: Алина, Валя, Ира, Лена и сын Павел. Сейчас остались в живых три дочки – Валя, Ира и Лена, которые помогают мне в быту. Есть у меня 16 любимых внуков и 6 правнуков. Жена умерла в 1991 году, а в 1993 мои два брата вызвали меня сюда. Как приехал, стал посещать церковь Минникова, а затем – Библейскую церковь, где пастором Теслюк Михаил Филиппович. Здесь, несмотря на преклонный возраст, меня попросили дирижировать хором, что я и делал еще 9 лет, пока на смену пришла молодежь. Сейчас я нахожусь в Международном братстве союза церквей ЕХБ, который идет по пути очищения и освящения.

Живу один, но не только не скучаю, порой времени не хватает. День проходит быстро, я слушаю радио, кассеты, диски, много пишу о своей жизни, сочиняю стихи по разным поводам, люблю рыбачить, умею даже вышивать крестиком, читаю. Люблю перечитывать Библию, а также книги Веры Кушнир и Николая Водневского, которых я знал и уважал безмерно.

Вы спрашиваете о секрете моего долголетия. Нет никакого секрета. Могу сказать одно – благость и милость Бога моего сопровождает меня всю долгую жизнь. По Его воле я жив, здоров, значит, должен чем-то служить Ему, трудиться для Бога. Поэтому я пою, пишу и прославляю Бога до сих пор. Вот одно из последних стихотворений.

С юных лет я жизнь Иисусу посвятил,

Потому что Он меня так возлюбил.

И теперь, в эти года есть желание петь всегда,

Чтоб до славной встречи с Ним  всегда готов был я.

А молодым я желаю следовать словам из 90 псалма: «Господь – моё спасение и крепость, я Ему доверюсь».

Мне же остается добавить, что верующие Сакраменто могут гордиться тем, что здесь живет такой удивительный христианин Николай Васильевич Сяков.

Татьяна Лаврушенко.

Кто такой Рик Санторум?

Рик Санторум

Рик Санторум

Ричард (Рик) Джон Санторум (англ. Richard John Santorum, род. 10 мая 1958) — американский политик, бывший сенатор от Республиканской партии, представлявший штат Пенсильвания и возглавлявший Республиканскую конференцию Сената. Сейчас Санторум работает обозревателем на Fox News Channel.

Взгляды Санторума отличает консерватизм, проявляющийся в полемике о правах сексуальных меньшинств и о войне в Ираке.

Другие матералы о Рике Санторум

Сообщите мне о других матералиах о Рике Санторум!

[contact-form-7 id=”40652″ title=”Рик Санторум”]