Ефесяне хвалились и гордились своим городом-государством. Это был богатый, независимый и самодостаточной портовый город на Эгейском море. Сюда прибывали суда из многих стран. Пирс бурлил людской разноголосицей. Рядом с пристанью находились склады с товарами, привезенными для продажи, и торговая площадь, которая по размерам немногим уступает Черкизовскому рынку в Москве. Известный историк Аристид называл Ефес банком Анатолии, здесь можно было все продать и все купить. И когда в городе появлялось нечто новое, оригинальное, необычайное (товар или идея), то это новое вместе с ефесской керамикой и строительным камнем, а также с пшеницей, которой торговали здесь египетские купцы, на торговых судах и суденышках быстро уплывало в страны, расположенные по берегам Эгейского, Мраморного, Средиземного и Черного морей.

Мраморная резная арка отделяла город от пристани с ее торговой суетой. Первое, что после торговой площади видел приезжий (чаще приплывший) в город, была большая двухэтажная библиотека (каждый этаж — около 8 метров высотой). Ефесяне, как никто другой в те времена, ценили знания. В период, когда Ефес был центром 500 городов под общим названием Анатолия, знаменитый Гомер творил в нем свои литературные произведения, Гераклит создавал философские труды, а философ и астроном Талес впервые предсказал затмение солнца. Во времена Нового Завета эта территория стала называться Асией.

Поднимаясь вверх по мраморным мостовым, странник не переставал удивляться величию и богатству разворачивающегося перед ним города. По обеим сторонам Мраморного проспекта (общей длиной в 4 км) путник то и дело замечал памятники знатным людям, которые сделали что-то ценное для города. Горожане славили и восхваляли деятельных благотворителей. И сделано было, действительно, немало: дома из мрамора и обтесанного камня, большой открытый театр на 24 тысячи (!) человек (для сравнения: Большой театр в Москве рассчитан менее чем на 2 тысячи), больницы, школы, училища, стадионы, гостиницы, общественные бани и туалеты. (Кстати, именно в Ефесе возникло выражение «Деньги не пахнут», после того как владелец бань и туалетов принес деньги для пополнения казны города.) В Ефесе туриста поражает тщательно продуманная водопроводная система, бесперебойно снабжавшая весь город пресной водой.

Ефесяне имели основание хвалиться и гордиться своей мудростью и рациональностью. Поэтому сюда устремлялись странствующие мыслители и философы, желающие высказаться и распространить свое учение по всему свету. Где еще они могли получить такую обширную аудиторию: кроме 350 тысяч коренного населения (ко времени посещения города апостолом Павлом), здесь были расквартированы римские легионеры, а многочисленный торговый люд после совершения своих сделок был тоже не прочь послушать нечто глубокомысленное.

Ефесяне в основной своей массе не были религиозны, они отличались чрезмерной прагматичностью (вспомним, что это было место, где всему знали цену, где все покупалось и продавалось). Тем не менее, в пределах города находился храм Артемиды — богини плодородия. Существует мнение, что в незапамятные времена амазонки построили здесь деревянный храм. И поскольку почва под фундаментом оказалась болотистой, то постепенно здание стало проседать. Тогда жрицы нашли одержимого славой человека по имени Герострат и спровоцировали его поджечь храм, позже назвав его безумным и запретив упоминать его имя. Тщеславного Герострата долго уговаривать не пришлось. В ночь рождения Александра Македонского (356 год до н. э.) заполыхал огромный факел горящего храма Артемиды. Ефесяне потом говорили, что Артемида не спасла от пожара свой храм потому, что в это время оказывала помощь при родах Александра Великого.

Александр Македонский после победы над персами прибыл в Ефес и захотел восстановить храм своей покровительнице. Но гордые ефесяне отказались от его помощи, заявив, что «боги богам не сооружают храмы». Ефесяне воздвигли новый дом для своей богини, приняв средства для строительства от знаменитого богача — царя Лидии Креза (есть поговорка «богат, как Крез»). Мраморный храм служил местом поклонения богине Артемиде, 14-метровое изваяние которой стояло внутри. Но в то же время храм был финансовым и деловым центром Ефеса. Многие прибывающие в город по разным делам странники и торговцы покупали копии нового храма не как святыню, а в качестве сувенира (подобно тому, как современные туристы из Парижа везут копию Эйфелевой башни, а из Лондона — копию башни с часами Биг Бен). Некоторые богатые и знатные люди (например, Марк Антоний и Клеопатра) приплывали в Ефес исключительно для того, чтобы полюбоваться на храм Артемиды, который считается одним из семи чудес света.

Не будем подробно останавливаться на том, каким большим (даже по современным меркам) и роскошным был этот храм — первое высотное здание в мире. Прочитаем лучше отрывок из 19 главы Деяний Апостолов (с 24-го стиха) об истинном отношении прагматичных ефесян к Артемиде. Некий серебряных дел мастер по имени Димитрий, зарабатывавший себе на жизнь тем, что изготовлял серебряные копии храма Артемиды, услышал проповедь апостола Павла. Собрав других таких же, как он, ремесленников, Димитрий сказал: «Друзья! Вы знаете, что от этого ремесла зависит благосостояние наше; между тем вы видите и слышите, что не только в Ефесе, но и почти во всей Асии этот Павел своими убеждениями совратил немалое число людей, говоря, что делаемые руками человеческими не суть боги; а это нам угрожает тем, что не только ремесло наше придет в презрение, но и храм великой богини Артемиды ничего не будет значить, и ниспровергнется величие той, которую почитает вся Асия и вселенная». Эти слова говорят сами за себя: «ремесло наше придет в презрение», проповедь Павла — угроза нашему благосостоянию. Так или иначе, вокруг храма Артемиды кормилось немало людей. Одни изготовляли копии храма из различных материалов, другие — копии изваяния богини, третьи служили проводниками-гидами для богачей. У меня не хватает воображения, как еще можно было использовать находящийся в городе храм, но уверена, что предприимчивые ефесяне выжимали из него максимум выгоды. А раз так, то для большего эффекта можно было и преувеличить, сказав, что Артемиду почитает вся вселенная!

Когда находишься в ефесском большом театре на 24 тысячи человек и представляешь, что все места заняты, то очень хорошо понимаешь 30, 31 и 32 стихи 19-й главы Деяний Святых Апостолов: «Когда же Павел хотел войти в народ, ученики не допустили его; также некоторые из асийских начальников, будучи друзьями его, пославши к нему, просили не показываться на зрелище. Между тем одни кричали одно, а другие другое; ибо собрание было беспорядочное, и большая часть собравшихся не знали, зачем собрались». Такая толпа яростно орущих людей могла растерзать апостола, узнав, что именно он угрожает их благосостоянию. Но блюститель порядка утихомирил народ и, показав на спутников Павла, которых схватили ремесленники, сказал: «Вы привели этих людей, которые ни храма Артемидина не обокрали, ни богини вашей не хулили... Нет никакой причины, которою мы могли бы оправдать такое собрание». Сказав это, он распустил собрание.

Павел и его спутники и не собирались грабить или разрушать храм Артемиды. Его разрушили и разграбили готы в 253 году. Больше нет храма Артемиды. Небольшой водоем и одинокая сиротливая колонна обозначают место былого величия так называемого чуда света. Так проходит мирская слава. Нет и самого Ефеса. Местность стала заболачиваться, море отступило (сейчас оно в 12 километрах от развалин города), и прагматичные горожане, оставив все свои мраморные постройки, перешли в другие, более привлекательные для них места (между прочим, прежде чем обосноваться здесь, они несколько раз переходили с места на место, сохраняя название города). Многие века порт без моря разрушался, проседал и исчезал. Лишь сто лет назад здесь начались раскопки. К настоящему времени археологи раскопали лишь 10% всей бывшей территории города.

Вернемся к древнему Ефесу. Окрестности города представляли собой райский сад: оливковые и фиговые рощи, персиковые и абрикосовые сады. Плодороднейшая почва позволяла крестьянам собирать несколько урожаев в год. Температура воздуха в этих краях почти полгода не опускается ниже 25 градусов по Цельсию, сезон дождей и прохлады начинается только в середине сентября. Представляете себе человека, который пять месяцев подряд трудится под палящим солнцем… Единственная и вожделенная мечта землепашца — хоть на некоторое время укрыться где-нибудь в тени. Где же в поле можно найти тень? В палатке! В Ефесе апостол Павел жил не менее двух лет, и все это время он делал палатки. Его деятельность была доброй, а доброта деятельной. И в то же время его добрые дела позволяли ему не ходить с протянутой рукой в богатом городе.

Павел был успешным и предприимчивым человеком не только и не столько в материальном плане, сколько в духовном. В этом роскошном, ни в чем, казалось бы, не нуждавшемся городе он усмотрел главную нужду и потребность людей — потребность в живом Боге, в спасении, в истине, в превосходящей разумение любви Христовой. И по дерзновению от Духа Святого он взял на себя ответственность по мере сил и веры, которые даровал ему Господь, восполнить эту нужду. Сколько бессонных ночей Павел провел в молитве за ефесян, чтобы Бог просветил очи их сердца, сколько было трудных бесед и вдохновенных проповедей, чтобы «немалое число людей» (как сказал ремесленник Димитрий) из простых граждан и начальников обновились духом ума и облеклись в нового человека. Об этом знает только Господь Бог. Сказано только, что он «ежедневно проповедовал в училище некоего Тирана» (Деяния 19:9). Павел трудился и не изнемогал, потому что черпал силы из неисчерпаемого духовного источника, который есть Иисус Христос Спаситель. И Господь в преизбытке даровал ему премудрость и разумение, открыв тайну Своей воли, дабы духовная предприимчивость Павла послужила к похвале славы Того, Кто «превыше всякого начальства и власти, и силы и господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем».